Закон грамматики

Литературный язык представляет собой систему, в которой тесно взаимосвязаны звуковой, лексический и грамматический строй.

Звуковой строй языка образуют звуки и их обобщенные типы, служащие для различения звуковых видов словоформ (фонемы), а также акцентные средства (ударение) и интонация.

Лексический строй языка образуют слова и устойчивые идиоматические выражения (фразеологизмы), группирующиеся на основе своих лексических значений в многоступенчатые взаимосвязанные множества и подмножества.

Грамматический строй языка образуют абстрактные единицы (формы, конструкции), группирующиеся во взаимосвязанные классы и подклассы и отражающие законы и правила образования и изменения слов, соединения слов в словосочетания и построения предложений.

Звуковая сторона языка — это его материя; без нее нет ни слов, ни словосочетаний, ни предложений. Однако звук языка (отдельный, произносимый говорящим, или представленный как обобщение, т.е. как фонема) сам по себе лишен значения: это односторонняя единица, имеющая материальное выражение, но лишенная содержания. Все другие единицы языка — слова (и их составные части — морфемы), словосочетания, предложения — имеют как материальное выражение, так и внутренний смысл — значение.

Грамматическая сторона языка представлена в его грамматических категориях, грамматических формах, грамматических значениях (см. § 3, § 4). Все эти данности предстают в отдельных грамматических единицах, которые соответствующим образом оформлены.

Грамматический строй языка

Грамматический строй языка охватывает собою:

  1. законы и правила образования слов;
  2. законы и правила изменения слов;
  3. законы и правила соединения слов, образования на основе этих соединений элементарных синтаксических единиц — словосочетаний;
  4. законы и правила построения предложений;
  5. законы и правила сочетания предложений в более сложные грамматические организации.

Соответственно в грамматике выделяются отдельные области: словообразование, морфология и синтаксис. К словообразованию относятся все явления внутреннего строения слова, его члени-мости на значимые части — словообразующие морфемы, все правила образования слов. К морфологии относятся, во-первых, все явления словоизменения (парадигматика слов) и, во-вторых, вся сфера абстрактных значений слов, т.е. значений, стоящих над их лексическими и словообразовательными значениями и выводимых из их формальной организации. К синтаксису относятся все явления сочетаемости слов, построения предложений и высказываний, их соединения в сложные предложения и в элементарные бессоюзные конструкции. На всех этих уровнях принадлежащие им единицы представляют собой некие организации, характеризующиеся с точки зрения их внешнего и внутреннего (смыслового) строения, их изменений и возможностей их функционирования, употребления в речи.

Таким образом, грамматика языка — это его формальный строй, противопоставленный звуковому (фонетическому) и словесному (лексическому) строю, который представлен такими основными единицами языка, как слово и предложение, выступающими в своих абстрактных формализованных значениях.

Слово является одной из основных грамматических единиц. В нем слиты воедино его звуковая материя, лексическое значение и формальные грамматические характеристики. К грамматическим свойствам слова относятся его значение как части речи (т. е. как единицы, принадлежащей к определенному лексико-грамматическому классу слов), словообразовательная структура, способность к формальным изменениям и все его абстрактные значения, подчиненные общему значению класса (части речи); у имени это такие, например, значения, как род, число, падеж, у глагола — вид, залог, время, наклонение, лицо. Кроме названных свойств слову принадлежит его собственный активный потенциал, проявляющийся, с одной стороны, в возможностях его синтаксической и лексико-семантической сочетаемости, его участия в построении предложений и высказываний, с другой стороны, в его активном отношении к разным видам контекстных окружений. Таким образом, слово является единицей, разными своими сторонами принадлежащей одновременно всем уровням грамматической системы — и словообразованию, и морфологии, и синтаксису.

Предложение как предмет грамматики представляет собой сообщающую единицу, строящуюся по определенному синтаксическому образцу, существующую в языке в разных своих формах и модификациях, функционально (с той или иной коммуникативной целью) нагруженную и интонационно оформленную. Предложению как грамматической единице принадлежат предикативность (максимально абстрагированное грамматическое значение, свойственное любому предложению), категории семантической структуры и компоненты актуального членения — тема и рема (см. § 425 «Основные понятия синтаксиса»). Предложение, как и слово, вступает в синтаксические отношения с другими грамматическими единицами — предложениями и их аналогами; так образуются разные виды сложных предложений и бессоюзные соединения предложений.

Грамматическая единица и грамматическая форма

Грамматическая единица — это любое грамматически оформленное отдельное языковое образование: морфема, слово, словосочетание, предложение простое или сложное, — представленное либо во всей совокупности своих форм, либо в одной какой-то своей форме. Так, например, имя существительное стол является грамматической единицей, существующей как совокупность всех своих падежных форм единственного и множественного числа; глагол идти является грамматической единицей, существующей как совокупность всех своих спрягаемых форм, а также инфинитива, причастия и деепричастия. В то же время отдельная форма существительного (стол, столом, столами и т. д.) или глагола (иду, шли, шедший и т. д.) также является отдельной грамматической единицей. И в том и в другом случае имеет место грамматическая оформленность, однако в первом случае слово предстает как система форм, а во втором — как отдельная словоформа (см. § 10).

Грамматические единицы объединяются в классы. В соответствии с двойственным характером грамматических единиц двойствен и характер их классов: это или части речи, т.е. классы, объединяющие слова как совокупности форм, или классы форм, объединяющие те или иные словоформы (например, класс инфинитива, класс родительного падежа, класс сравнительной степени и т. д.). Так же двойствен и характер предложения как грамматической единицы: это или предложение во всей системе своих изменений (в этом случае оно представляет какой-то определенный класс, тип предложений, например, глагольные подлежащно-сказуемостные предложения, однокомпонентные предложения), или отдельно взятое предложение (в этом случае оно входит в определенный класс форм предложения, например, предложение в форме синтаксического настоящего времени, в форме побудительного наклонения).

Грамматическая форма — это языковый знак, который сочетает в себе материальную сторону и отвлеченный смысл и представляет собой обобщение материально и семантически близких единиц. Внутренняя, смысловая сторона такого знака является его грамматическим значением. Грамматическое значение неотделимо от его материального выражения: эти две стороны языкового знака не существуют друг без друга. Отношения между ними сложные: за внешней стороной знака может стоять несколько значений и, с другой стороны, одно и то же значение может иметь разное материальное выражение. Так, например, в форме существительного отец заключены значения предметности, мужского рода, единственного числа, именительного падежа, одушевленности, нарицательности и конкретности (последние два значения — лексико-грамматические); в форме шёл заключены значения процесса (действия), несовершенного вида, действительного залога, изъявительного наклонения, прошедшего времени, единственного числа, мужского рода; в форме предложения Поезд идет заключены значения отношения: между субъектом и его предикативным признаком (действием), предикативности (т. е. отнесенности ко времени и, в данном случае, к реальности сообщаемого), настоящего времени, неактуализированности сообщаемого (ср. при актуализации: Идет поезд!). Таким образом, во всех этих случаях в одной форме заключено несколько грамматических значений. В то же время одно и то же грамматическое значение может принадлежать нескольким разным формам. Так, например, значение множественности, неединичности предметов заключено в формах учителя, листья, с одной стороны, и учительство, листва, с другой (в последнем случае — со словообразовательно выраженным значением нерасчлененного множества); значение уменьшительности и ласкательности заключено в словах с разными морфемами: сынок, сыночек, сынуля; доченька, дочурка, дочечка, дочушка; значение синтаксического настоящего времени заключено в предложениях: Ночь и Стоит ночь, Рассветает и Наступает рассвет.

Из сказанного ясно, что термин «грамматическая форма» имеет как широкое, так и узкое содержание. В широком смысле форма — это любой языковый знак, выражающий грамматическое значение. В узком смысле под формой понимается одно из регулярных видоизменений грамматической единицы как представителя определенного класса. Таковы, например, формы слов той или иной части речи, составляющие их парадигмы, или формы простого предложения, составляющие парадигму предложения.

Применительно к формам в узком смысле слова можно говорить об их вариативности. Под вариантами одной и той же формы понимаются такие материально различные ее виды, которые либо различаются оттенками значения — например, формы род. п. ед. ч. слов типа чай: чая и чаю (см. § 174) или формы синтаксического желательного наклонения типа Если бы не было войны! и Только бы не было войны! (см. § 537), — либо семантически дублируют друг друга, т.е. взаимозаменяются свободно, например: в цеху и в цехе, тракторы и трактора, твóрог и творóг; Если бы он пришел, я был бы радПришел бы он, я был бы радПриди бы он, я был бы рад.

Грамматическое значение по своей природе неоднородно: заключенное в одной и той же материальной оболочке, оно может быть более абстрактным или менее абстрактным. Так, в форме шёл (пел, читал, гулял и под.) наиболее абстрактным является значение процесса: оно присуще всем глаголам и всем его формам; за ним следует значение прошедшего времени: оно присуще всем глаголам в форме прошедшего времени; значение мужского рода является у глагола еще более узким, определенным: оно присуще только форме, сочетающейся с он и противостоящей формам женского и среднего родов. Каждая грамматическая единица имеет грамматическую форму со своим грамматическим значением. Класс грамматических единиц объединяет формы с общими грамматическими значениями. В нашем примере соответственно выделяются классы: глаголы; глаголы в форме прошедшего времени; глаголы в форме прошедшего времени мужского рода.

Классами грамматических форм с их грамматическими значениями образуются грамматические категории.

Грамматическая категория

Грамматическая категория — это система противопоставленных друг другу рядов грамматических форм с однородными значениями. Грамматические категории в своих сложных отношениях друг с другом составляют ядро грамматического строя языка.

Морфологические грамматические категории предстают как категории, принадлежащие наиболее общим грамматическим классам слов — знаменательным частям речи: именам существительным, прилагательным, глаголам, наречиям, числительным, местоимениям. Синтаксическими грамматическими категориями являются, например, категория предикативности, категория членов предложения (главных и распространяющих), категории семантической структуры предложения (см. § 425 «Основные понятия синтаксиса»).

Каждая грамматическая категория — сложная организация, состоящая из противопоставленных друг другу рядов форм. Так, например, внутри категории рода имен существительных выделяются формы мужского, женского и среднего рода; внутри категории предикативности — формы синтаксических наклонений, а внутри реального синтаксического наклонения — формы синтаксических времен; внутри категории семантического субъекта — категории субъекта действия и субъекта состояния.

Противопоставление рядов форм в пределах грамматических категорий осуществляется на основе наличия или отсутствия у противопоставляемых форм одного из формально выраженных значений. Так, мужской и женский род имен существительных вместе противопоставлены среднему роду по признаку неспособности последнего обозначать особей мужского или женского пола и наличия такой способности у первых двух; подлежащее противопоставлено сказуемому-глаголу по признаку отсутствия у первого временного значения и наличия этого значения у второго члена противопоставления.

Грамматические категории находятся в тесном взаимодействии друг с другом и обнаруживают тенденцию к взаимопроникновению. Например, глагольная категория вида тесно связана с категорией времени; категория числа имени существительного тесно связана с категорией числа других частей речи; категория лица связывает глаголы и местоимения; категория падежа связывает имена с глаголами через посредство так называемой атрибутивной формы глагола — причастия. Таким образом, взаимодействие грамматических категорий наблюдается как в сфере одной части речи, так и между разными частями речи.

Отношения грамматических единиц

Грамматические единицы языка находятся в определенных отношениях друг с другом. Эти отношения двойственны: во-первых, это отношения соседствующих единиц, которые выстраиваются в последовательно развертывающийся ряд, в цепочку, т.е. линейные отношения; во-вторых, это отношения единиц, тесно связанных друг с другом в границах данного грамматического класса и представляющих собой системные видоизменения (модификации) какой-то одной единицы, т.е. нелинейные отношения. Линейные отношения называются синтагматическими, нелинейные — парадигматическими. В синтагматические отношения вступают в слове его значимые части — корень и аффиксы, основа и окончание (при-ход-н-ый, у-мой-ся). Синтагматическими являются отношения между словами и словоформами в составе словосочетания (новая книга, дорога к дому, петь песню), в союзных соединениях слов (отец и мать, читать и писать), между членами предложения, между простыми предложениями в составе сложного, в бессоюзных соединениях предложений. При синтагматической связи между сочетающимися единицами возникают разнообразные отношения, но это отношения между разными единицами: между разными частями слова, между разными словами или словоформами, между разными предложениями (исключение составляют все случаи повторов, где в синтагматические отношения вступают формы одного и того же слова). В синтагматические отношения могут вступать несколько единиц: две и более. На основе этих отношений строятся все мотивированные (производные) слова и все виды синтаксических соединений — от минимального сочетания слов до сложного предложения и развернутых текстовых последовательностей.

Парадигматические отношения — это отношения между разными выявлениями в языке одной и той же единицы: между морфемой и морфом (см. § 16), между формами одного и того же слова, между формами одного и того же предложения. В парадигматических отношениях форм слов или синтаксических конструкций выявляются разные грамматические значения одной и той же единицы. Так, например, в падежной парадигме имени существительного выявляются разные значения его форм (абстрактные падежные значения); в спряжении глагола в настоящем и будущем времени выявляются его разные личные и числовые значения, в прошедшем времени — разные родовые и числовые значения, а в парадигме форм наклонения — разные модальные значения (изъявительности, сослагательности, побудительности); в парадигме предложения выявляются его разные объективно-модальные значения (см. § 434).

Как синтагматические, так и парадигматические отношения принадлежат системе языка, организуют ее.

Типы грамматических единиц

В грамматическом строе языка существуют определенные типы (образцы), по которым строятся те или иные грамматические единицы. Это особенно наглядно и непосредственно обнаруживается в сфере словообразования: здесь выделяются словообразовательные типы (см. § 30), по которым строятся слова разных частей речи. Типы различаются по признаку продуктивности/непродуктивности. Это значит, что по одним типам строятся всё новые и новые слова, пополняющие лексический состав языка, а по другим типам такие новые слова не строятся: они представлены в языке лишь уже построенными, имеющимися словами (например, образование отглагольных имен лиц с суффиксами —тель или —ник продуктивно, а с суффиксом —ец — непродуктивно). В морфологии также имеет место продуктивность и непродуктивность грамматических образцов. Например, мужское склонение типа стол, дом продуктивно, так как оно служит образцом для склонения всех вновь появляющихся слов подобной структуры; склонение типа путь непродуктивно: новые слова мужского рода с основой на конечный мягкий согласный по этому образцу не склоняются. В синтаксисе высокопродуктивны, например, так называемые номинативные предложения (Ночь. Тишина): по этому образцу строится бесчисленное количество предложений разной семантической структуры.

Понятие непродуктивности грамматического образца не равно понятию нерегулярности употребления соответствующих образований: грамматические единицы, построенные по непродуктивным образцам, могут иметь в языке регулярное и достаточно частое употребление, и, напротив, единицы, построенные по продуктивному образцу, могут по тем или иным причинам употребляться редко, нерегулярно и принадлежать какой-либо узкой, специальной языковой сфере.

Звуковое оформление грамматических единиц

Все грамматические единицы существуют в определенном звуковом оформлении: его создают звуки языка (принадлежащие к определенным фонемам), акцентные средства (ударение) и интонация.

Звук сам по себе не является значимой единицей языка, но он участвует в образовании материальной стороны таких единиц. В определенных позициях в слове и в сочетаниях слов звук (или сочетание звуков) может реагировать на соседство морфем и слов и в свою очередь влиять на их материальный облик. Все соответствующие явления относятся к области морфонологии.

Ударение является важным средством в образовании слов и форм слов: оно принадлежит слову и словоформе как одна из его неотъемлемых характеристик. В системе словообразования и словоизменения действуют акцентные закономерности, которыми определяется ударение в словах и словоформах. Ударение участвует в формообразовании, в ряде случаев выступая в качестве единственного средства, различающего разные формы одного слова: рýки и рукú, окнá и óкна; при помощи ударения во многих случаях различаются разные слова: дóма (нареч.) и домá (им. п. мн. ч. существительного дом).

Интонация является сопроводительным средством, оформляющим каждое предложение и высказывание. В языке существует система типов интонационного оформления, и каждое отдельное предложение подчиняется интонационным законам. Интонация — важнейшее средство выражения коммуникативного задания: она способна четко противопоставлять невопросительные и вопросительные предложения, выражать значения побудительности, желательности, разнообразные виды оценок. Интонация вместе с эмфатическим (усиливающим) ударением (а во многих случаях также и вместе с порядком слов) служит для выражения актуального членения предложения, для противопоставления в нем темы и ремы (см. § 441).

Таким образом, грамматический строй языка неотделим от его звукового строя, взаимодействует с разными его средствами и пользуется этими средствами при построении своих единиц и при реализации их значений.

Взаимосвязь грамматического строя и лексического строя

Грамматический строй языка тесно связан с его лексическим строем. Их взаимодействие осуществляется по разным направлениям.

  1. Слово как единица языка является одновременно и лексической, и грамматической единицей. Лексической системе слово принадлежит как единица, входящая в лексические множества и подмножества, имеющая свое собственное лексическое значение (или несколько значений), связанная разнообразными семантическими отношениями с другими лексическими единицами и с фразеологическим фондом языка. Грамматической системе слово принадлежит, во-первых, как единица морфологии, относящаяся к тому или иному грамматическому классу или подклассу, обладающая грамматической формой и грамматически ми значениями; во-вторых, как единица синтаксиса, обладающая своим конструктивным потенциалом в области сочетаемости слов и строения предложения.
  2. Связь между грамматикой и лексикой осуществляется в сфере словообразования, где действуют грамматические законы сочетания частей слова, распределения морфем, а в результате действия этих законов создаются лексические единицы — слова. Эта двойственная природа словообразования дает возможность относить его и к грамматическому строю языка, и к его лексическому строю.
  3. В мотивированных словах во многих случаях присутствуют грамматические признаки слов мотивирующих, например, сохраняется сильное управление (ср. читать книгу — чтение книги, любить балет — любитель балета), присутствуют следы видовых значений (ср. читать — чтение и прочитать — прочтение, рассмотреть — рассмотрение и рассматривать — рассматривание).
  4. Все слова в морфологии распределяются по частям речи, и эти классы являются грамматическими; однако это одновременно и лексические классы, так как самые общие, абстрактные значения частей речи, такие, как предметность, процессуальность, признаковость, отвлечены от лексических значений слов.
  5. Внутри частей слова выделяются лексико-грамматические раз ряды слов, в которых обобщены, абстрагированы их лексические характеристики и которым присущи те или иные собственные грамматические признаки. Таковы, например, в системе имен существительных вещественные существительные, лексически объединяемые значением неделимого вещества, а грамматически — собственными характеристиками в сфере значений единичности — множественности. В системе глагольного вида особые лексико-грамматические разряды образуют способы глагольного действия, имеющие свои словообразовательные, лексические и грамматические характеристики.

www.langust.ru

Лингвистический энциклопедический словарь

Грамма́тика

(греч. γραμματική , от γράμμα — буква, написание) — 1) строй языка, т. е. система морфо­ло­ги­че­ских категорий и форм, синтаксических категорий и конструкций, способов слово­про­из­вод­ства. В триаде, организующей язык в целом — в его звуковой, лексико-фразеологической и собствен­но формальной системах, — это категории и все явления формального, собствен­но строевого уровня языка. Грамма­ти­кой называ­ет­ся вся несобствен­но звуковая и нелекси­че­ская органи­за­ция языка, представленная в его граммати­че­ских категориях, граммати­че­ских единицах и граммати­че­ских формах. Грамматика в этом значении представляет собой строевую основу языка, без которой не могут быть созданы слова (со всеми их формами) и их сочленения, предложения (шире — высказывания) и их сочленения;

2) раздел языкознания, изучающий такой строй, его неодноуровневую организацию, его категории и их отноше­ния друг к другу;

3) термин «грамматика» иногда также употребляют для обозначения функций отдель­ных граммати­че­ских категорий или лексико-граммати­че­ских множеств. Так, напри­мер, говорят о грамматике той или иной части речи (напри­мер, грамматике имени, грамматике глагола) или о грамматике того или иного падежа, инфинитива, отдель­ных предлогов.

Грамматика имеет дело с абстракциями, обобщениями. Характер этих обобщений разли­чен. Это может быть, напри­мер, обобщение способов словесного называния (в слово­обра­зо­ва­нии), разно­образ­ных отношений (в падежных значениях, в соединениях слов и форм слов, в строении предложения), обобщённо выраженных в языке ситуаций (таких, напри­мер, как отношение между субъектом и его действием или состоянием, между действием и его объектом). Грамматика (граммати­че­ский строй языка) как система абстрактных категорий, представляющих собой единства отвлечённых граммати­че­ских значений и их формальных выражений, является той основой, без которой язык не существует и не функцио­ни­ру­ет. Грамматические категории находятся друг с другом в сложных и тесных взаимо­от­но­ше­ни­ях, имеющих свойство системы. Грамматические категории противо­по­став­ле­ны друг другу как категории, принад­ле­жа­щие слову, и как категории, принадлежащие предложению.

Слово — одна из основных единиц грамматики. В слове сочленены его звуковая материя и его значения — лексическое и граммати­че­ское. К граммати­че­ско­му значению слова относят­ся: его значение как части речи, т. е. как единицы, принад­ле­жа­щей к опреде­лён­но­му лексико-граммати­че­ско­му классу, его словообразовательное значение (в производ­ном слове) и все его общие и частные граммати­че­ские значения (у имени — значения рода, числа, падежа, у глагола — значения вида, залога, времени, лица, числа, наклонения, в ряде форм также значение рода). Кроме того, у многих знаменательных слов есть и более частные граммати­че­ские значения, принадлежащие отдель­ным их группам (напри­мер, у русских имён существительных значение одушев­лён­но­сти или неодушев­лён­но­сти), а также так называемые лексико-граммати­че­ские значения (напри­мер, у русских имён существительных значение вещественности, у многих производных глаголов значение способов действия).

Кроме общих и частных грамматических значений слову принадлежит также его собствен­ный активный потен­ци­ал, проявля­ю­щий­ся, с одной стороны, в возможностях его синтакси­че­ской и лексико-семантической сочетаемости (интенция слова, его валентность), а с другой стороны, в том, что слово постоянно проявляет тенден­цию вбирать в себя, конденсировать и абстрагировать семантические и граммати­че­ские характе­ри­сти­ки своего лексико-грамма­ти­че­ско­го окружения.

Таким образом, слово является единицей как лексического, так и граммати­че­ско­го уровней языка и обнару­жи­ва­ет признаки, свой­ствен­ные единицам обоих этих уровней. Кроме того, сама звуковая организация слова также небезразлична как к его формаль­ным измене­ни­ям, так и к его непосредственному окружению (см. Морфоно­ло­гия).

Слово связано со всей системой языка несколькими линиями отношений. Во-первых, это лексико-парадигма­ти­че­ские отношения, т. е. вхождение в лексико-семантические классы и подклассы; во-вторых, это собствен­но граммати­че­ские отношения, т. е. связи граммати­че­ских категорий и граммати­че­ские парадигмы; в-третьих, это все синтагма­ти­че­ские отношения слова, характер­ные для его функцио­ни­ро­ва­ния в сообщении, объекти­ви­ру­е­мые в системе языка как внутреннее свойство слова и являющиеся основой для построения словосочетаний.

Роль слова в грамматике понимается разными грамматистами по-разному. По существу ни один из них не обходит­ся без обращения к слову как к важнейшей граммати­че­ской единице языка; однако роль слова в органи­за­ции граммати­че­ской системы трактуется неодинаково.

В русской грамматической традиции слову всегда уделялось большое внимание. То един­ство граммати­че­ско­го и лексического значений слова, которое делает его одной из сложней­ших единиц языка, русскими грамматистами всегда в той или иной степени принималось во внимание (А. Х. Востоков, К. С. Аксаков, Г. П. Павский, А. А. Потебня, Г. К. Ульянов, И. А. Бодуэн де Куртенэ, А. А. Шахматов, А. М. Пешковский, Л. В. Щерба, В. В. Виноградов и его школа).

В тех направлениях грамматики, в которых граммати­че­ский строй понимается только как абстрактная система отношений, сложная роль слова отодвигается на второй план, уступая место морфеме либо структуре предложения, или совсем не учитывается (напри­мер, копенга­ген­ская школа, дескриптивисты, работы Н. Хомского; см. Глоссематика, Генеративная лингвистика, Дескриптивная лингвистика).

В советском языкознании практически ни одно граммати­че­ское описание, какими бы метода­ми оно ни пользо­ва­лось, не обходится без обращения к взаимо­дей­ствию грамма­ти­че­ских и лексических факторов и, следовательно, к роли слова в системе граммати­че­ских отношений. Сам граммати­че­ский строй языка определяется как неодно­уров­не­вая система, организуемая абстрактными граммати­че­ски­ми категориями в их отношении не только друг к другу, но и к опреде­лён­ным лексико-семантическим множествам и подмножествам.

Другой важнейшей единицей грамматического строя языка является единица сообще­ния — предложение. Предло­же­ние в его противо­по­став­ле­нии высказыванию может быть определено как сообщающая единица, построенная по опреде­лён­но­му граммати­че­ско­му (синтакси­че­ско­му) образцу, существующая в языке в различных своих формах и модифи­ка­ци­ях, функцио­наль­но (с той или иной коммуникативной целью) нагруженная и всегда интонационно оформленная.

Предложению как грамматической единице принадлежат такие категории, как предика­тив­ность (максимально абстрагированное граммати­че­ское значение, свой­ствен­ное любому предложению и предстающее в категориях объективной модальности, т. е. в системе значе­ний, выявляющихся на уровне синтаксической реальности​/​ирреальности, а также синтакси­че­ских времён), категории его семантической структуры, категории актуального членения предложения — тема и рема. Традиционно выделение в предло­же­нии его членов — главных и второ­сте­пен­ных, а также распре­де­ле­ние предло­же­ний по граммати­че­ским типам. Предло­же­ние, как и слово, вступает в синтагма­ти­че­ские отношения с другими предложениями или с их аналогами, образуя разные виды сложных предложений, бессоюзные соединения (см. Бессою­зие) или входя в строй текста как его конструи­ру­ю­щий компонент.

В русской грамматической традиции установилось противопоставление предложения слову как внутренне глубоко различных граммати­че­ских единиц. Однако в работах некоторых исследователей обнаруживается тенден­ция нивелировать их внутренние свойства и сводить их функции к общей функции номинации. При этом грамма­ти­че­ские и прежде всего парадигма­ти­че­ские характе­ри­сти­ки слова и предложения оказываются неоправ­дан­но подчинён­ны­ми рассмотрению этих единиц как равно именующих (понятие, ситуацию).

Характеристики слова, относящиеся к его звуковым преобразованиям, вызываемым его формаль­ны­ми измене­ни­я­ми и его соседством, принадлежат в языке к сфере морфонологии. Явления, связанные с образованием слова как отдель­ной единицы, относятся к слово­обра­зо­ва­нию. Всё, что связано с абстрактными граммати­че­ски­ми значе­ни­я­ми слова и его формо­из­ме­не­ни­ем, относится к морфологии. Все явления, связанные с синтагматикой слова, а также с построением и синтагматикой предло­же­ния, относятся к синтаксической сфере языка (см. Синтаксис). Отдельной единицей граммати­че­ско­го строя может считаться морфема, т. е. минимальная значимая часть слова или словоформы. Средствами морфем конструируются слова и их формы. Явления, которые относятся к образо­ва­нию и функцио­ни­ро­ва­нию слово­обра­зо­ва­тель­ных и слово­из­ме­ни­тель­ных морфем, могут быть выделены в качестве отдель­ной сферы внутри грамматики слова — его морфемики, однако традиционным является рассмо­тре­ние морфем в системах словообразования (словообразовательная морфемика) и морфо­ло­гии (словоизменительная морфемика).

Таким образом, грамматика как строй языка представляет собой сложную органи­за­цию, сочленяющую в себе словообразование, морфологию и синтаксис. Эти подсистемы, особенно морфология и синтаксис, находятся в самом тесном взаимо­дей­ствии и переплетении, так что отнесение тех или иных граммати­че­ских явлений к морфологии или синтаксису часто оказывается условным (напри­мер, категории падежа, залога). Вопрос о принадлеж­но­сти к грамматике «высшего синтаксиса», т. е. законо­мер­но­стей строения сложных, развёрнутых текстовых единств, не решён в науке; однако несомнен­но, что эти законо­мер­но­сти имеют каче­ствен­но иной харак­тер, чем грамма­ти­че­ские законы языка.

К грамматике иногда относят такие стороны звуковой органи­за­ции языка, которыми непосред­ствен­но (матери­аль­но) образуются его значимые единицы, а именно: звуковой строй языка, его акцентную систему и его интонационные конструкции, включая синтагмы как ритмические единицы речи. Основания для такого расшири­тель­но­го понимания предмета грамматики имеются, так как единицы звукового уровня, не являясь двусторонними знаками (т. е. знаками, обладающими как материальной оболочкой, так и значением), служат матери­аль­ной основой этих знаков и таким образом участвуют в формировании морфем, слов, их форм, предложений и их членов. Однако незнаковый характер перечисленных звуковых средств не позволяет рассма­три­вать звуковой строй языка наряду со словообразованием, морфо­ло­ги­ей и синтаксисом как подсистему грамматики.

В определённый момент своего развития граммати­че­ский строй языка представляет собой, с одной стороны, относительно стабильную систему, организованную по строгим и твёрдым законам; с другой стороны, эта система находится в состоянии постоянного и активного функцио­ни­ро­ва­ния, предоставляя свои средства для органи­за­ции бесконеч­но­го количества отдель­ных, конкретных слов и высказываний (см. Язык, Речь). Двойственность самой природы граммати­че­ско­го строя языка — его относительная стабильность, сложная внутренняя органи­за­ция и многообразные явления функцио­ни­ро­ва­ния этой органи­за­ции свиде­тель­ству­ют о том, что в граммати­че­ском строе языка сочленены свойства стабильной системы и заложен­ных в ней возможностей.

Грамматический строй языка является исторической категорией, он находится в состоянии постоянного движе­ния и развития и подчинен общим законам развития языка. На каждом этапе своей истории граммати­че­ский строй языка достаточно совершенен и служит формиро­ва­нию и выражению мыслей носителей языка, отвечая своему историческому назначению.

Грамматика как наука исследует граммати­че­ский строй языка. Эта наука имеет давние традиции. Истоки современной европейской граммати­че­ской мысли и соответ­ству­ю­щей термино­ло­гии следует искать в трудах древнеиндийских филологов (см. Индийская языко­вед­че­ская традиция), а позднее — в трудах древних греков (см. Античная языко­вед­че­ская традиция). Эти традиции были продолжены европейскими филологами в эпохи Возрож­де­ния и Просвещения. Первой русской грамматикой, открывшей современный этап в изучении граммати­че­ско­го строя русского языка, была «Российская грамматика» М. В. Ломоносова (1755, опубликована в 1757), на которую опирались и от которой в то же время отталкивались такие русские грамматисты 1‑й половины 19 в., как Востоков, Н. И. Греч, И. И. Давыдов. Через логические (Ф. И. Буслаев) и психологические (Потебня, Д. Н. Овсянико-Куликовский, отчасти Шахматов) направления русская граммати­че­ская мысль пришла к пониманию грамма­ти­ки как науки о разных уровнях формального строя языка в их взаимо­дей­ствии (Шахматов, Пешковский, Виноградов и его школа). Соответственно в грамматике теперь уже традиционно выделяются разделы: словообразование, морфология и синтаксис.

В соответствии с основными характеристиками граммати­че­ско­го строя языка — его формаль­ной организацией и его функцио­ни­ро­ва­ни­ем — в русской науке с наибольшей опреде­лён­но­стью, начиная с работ Щербы, намечается противо­по­став­ле­ние грамма­ти­ки формальной и функцио­наль­ной как разных подходов к изучению одного объекта. Под формаль­ной грамматикой понимается описание граммати­че­ско­го строя языка, идущее от формы к значению. Под функцио­наль­ной грамматикой — описание, идущее от значения к выражающим его формам. По принципу формальной грамматики построены все описа­тель­ные и нормативные грамматики русского языка. В них представлены системы формальных средств на уровне словообразования, морфологии и синтаксиса и описаны граммати­че­ские значения, заклю­чён­ные в этих формальных средствах. При этом значимая сторона явлений описывается с разной степенью детализации и глубины. Такому описанию противостоят так называемые активные грамматики, в основе которых лежат опреде­лён­ным образом сгруппи­ро­ван­ные граммати­че­ские значения. Здесь возможны разные подходы (см. Функциональная грамма­ти­ка). Одним из таких подходов может явиться тот, при котором первым шагом станет выделение собствен­но функций (предназначений) языка в самом обобщённом их виде (функции номинативная, коммуникативная, квалифицирующая). Исходя из этих пред­на­зна­че­ний можно выделить единицы функцио­наль­ной грамматики — сложные семантические комплек­сы, объединяющие вокруг семантического инварианта разноуровневые единицы.

Среди направлений грамматической науки 60—80‑х гг. 20 в. определилось противо­по­став­ле­ние подходов, связан­ных, с одной стороны, с углуб­ле­ни­ем в семантику граммати­че­ских явлений и, с другой стороны, с вниманием к внешнему, формальному синтаксису (пред­став­ля­е­мо­му как грамматика языка в целом) и к тем формальным преобразованиям, которым подвергаются синтаксические конструкции. По существу, вся история современной грамма­ти­че­ской мысли колеблется от преимущественного внимания или к формальной органи­за­ции языка, или к его смысловой стороне. В разные моменты оказывается доминирующим то один, то другой подход. В самом общем виде в 60—80‑х гг. определилось два круга научных направлений, ориенти­ро­ван­ных, с одной стороны, на внешнюю организацию языка и, с другой стороны, на его смысловую сторону. К первому кругу относится прежде всего получившая широкий резонанс генеративная грамматика, пытавшаяся возвести все множество принад­ле­жа­щих конкретному языку конструкций к нескольким элементарным моделям — перво­на­чаль­но в сознательном отвле­че­нии от языковой семантики и от всех контекстуальных условий функцио­ни­ро­ва­ния предложения. На исходные теоретические положения генеративной грамматики опирался в своём анализе конкретных языковых явлений и весь трансформа­ци­он­ный синтаксис. В 70‑х гг. сторонники генеративной грамматики попытались соединить формальный и семантический аспекты в описании своего объекта, однако попытки эти нельзя считать удавшимися. Второй круг направлений представляет большое количество работ, объединяемых вниманием прежде всего к смысловой стороне граммати­че­ских единиц. Здесь существуют разнообразные течения. Наиболее результативными можно считать работы, осуществляющие структурно-семантическое и вместе с тем функцио­наль­ное изучение грамма­ти­че­ско­го строя языка, связанное с углублённым вниманием ко всем сторонам избран­но­го объекта (работы Виноградова, Г. О. Винокура, А. В. Бондарко, А. А. Зализняка, Д. Н. Шмелёва, Е. В. Падучевой, Ю. С. Маслова, М. М. Гухман, Е. А. Земской, В. В. Лопатина и других).

Активно развиваются исследования граммати­че­ских объектов в аспекте пропози­тив­ной номинации (см. Пропози­ция; работы Т. Б. Алисовой, В. Г. Гака, Н. Д. Арутюновой, П. Адамца), в плане семантического строения грамма­ти­че­ских единиц (работы о семанти­че­ской структу­ре предложения — Ф. Данеша, Я. Коржинского, Г. Беличовой-Кржижковой, А. Вежбицкой, А. Богуславского и других), в аспекте актантной органи­за­ции предло­же­ния (С. Кароляк и другие), в плане прагматической органи­за­ции высказы­ва­ния (см. Прагматика), в аспекте грамма­ти­че­ской типологии (С. Д. Кацнельсон, А. А. Холодович, Г. А. Климов и другие).

В процессе развития грамматики как науки существенно менялось понимание её объёма. Каков бы ни был сам ход граммати­че­ской мысли — обращалась ли она в качестве своей опоры к логическим теориям или к тем или иным психологическим концепциям, к точным наукам, напри­мер к математике, или провозглашала свою полную независимость от всех других отраслей гуманитарных и естественных знаний, — независимо от всего этого история грамма­ти­че­ской мысли показывает различное понимание границ науки о грамма­ти­че­ском строе языка, его отношения к другим сферам языка. Отмечается «волнообразное» движение от узкого понимания предмета грамматики (только формы, только формальный каркас языка) до такого понимания ее границ, когда выведение или формулировка граммати­че­ских законов не мыслится без обращения к словесному фонду языка. Так, и в русской, в в зарубежной грамма­ти­че­ской традиции существует строго формальное, узкое понимание объекта грамма­ти­че­ской науки (Ф. Ф. Фортунатов, М. Н. Петерсон, генеративная лингвистика) или широкое понимание такого объекта, когда учение о граммати­че­ском строе языка смыкается, с одной стороны, с изучением слова (Востоков, Потебня, Шахматов, Виноградов), с другой стороны, — с изучением всех сфер речевого функцио­ни­ро­ва­ния. Наиболее конструк­тив­ны­ми в познании граммати­че­ско­го объекта оказываются такие подходы (методо­ло­ги­че­ски иногда очень различ­ные), которые не отграничивают изучение граммати­че­ских законов и правил от их постоянного и сложного взаимо­дей­ствия с законами и правилами звуковой и лексической органи­за­ции языка.

Результаты грамматических исследований находят своё выражение в разных типах описа­ний. Это, с одной стороны, — описания отдель­ных сторон граммати­че­ско­го строя и отдель­ных его явлений, с другой стороны, — описания граммати­че­ской системы языка в целом. Такие целостные описания могут содержать характе­ри­сти­ку синхронного языкового состояния (в условно остановленный момент развития) или восстанавливать историческую картину, показывая развитие граммати­че­ско­го строя языка. Осуще­ствлён­ные с разной степенью полноты такие описания представлены в разных типах грамматик. В традиционных пред­став­ле­ни­ях это грамматики научные, описательные или нормативные. Такое разделение основано на противо­по­став­ле­нии описаний, во-первых, концепту­аль­но обоснованных, т. е. развивающих опреде­лён­ную научную концепцию автора, во-вторых, собствен­но конста­ти­ру­ю­щих и система­ти­зи­ру­ю­щих факты, в-третьих, строго рекомендательных, т. е. разрешающих или запреща­ю­щих то или иное употребление. В настоящее время для академической традиции такое разде­ле­ние оказывается не соответствующим реально существующему положению вещей. На совре­мен­ной стадии развития науки описа­тель­ные грамматики обязательно являются концепту­аль­ными (напри­мер, русские академические грамма­ти­ки 1952—1954, 1970, 1980), а полные граммати­че­ские описания — строго научными и, следовательно, в опреде­лён­ном смысле нормативными.

К сфере научных грамматик относятся также сравнительно-исторические грамма­ти­ки, изуча­ю­щие строй родствен­ных языков в их развитии или на отдель­ных прошлых ступенях этого развития, и грамматики сопоста­ви­тель­ные (в т. ч. контрастивные), описывающие черты сходства и различия в строе родствен­ных или неродствен­ных языков в какой-либо опреде­лён­ный момент их существования.

Отмечается нежелательных разрыв между научной и школьной грамматиками. Послед­няя обнару­жи­ва­ет призна­ки консервативности и неполноты отражения суще­ству­ю­ще­го положе­ния вещей в лингвистике. В связи с постоянным возрастанием роли русского языка в мире и как следствие этого с активизацией его изучения в советском языкознании в 70—80‑х гг. создано много учебных и частных сопоста­ви­тель­ных грамматик разных типов.

  • Потебня А. А., Из записок по русской грамматике, т. 1—2. Введение. Составные члены предложения и их замены в русском языке, Хар., 1874;
    • т. 3. Об изменении значения и заменах существительного, Хар., 1899 (2 изд. М., 1968);
    • т. 4. Глагол. Местоимение. Числительное. Предлог, М.—Л., 1941 (2 изд., М. 1977);
  • Дурново Н. Н., Грамматический словарь, М.—П., 1924;
  • Виноградов В. В. Русская наука о русском литературном языке, «Уч. зап. МГУ» 1946, в. 106;
  • его же, Русский язык. Грамматическое учение о слове, М.—Л., 1947;
  • его же, Избранные труды. Исследования по русской грамматике, М., 1975;
  • Смирницкий А. И., Лексическое и грамматическое в слове, в кн.: Вопросы грамматического строя, М., 1955;
  • Есперсен О., Философия грамматики, пер. с англ., М., 1958;
  • Кузнецов П. С., Грамматика, в кн.: Большая Советская энциклопедия, 2 изд., т. 3, М., 1959;
  • его же, О принципах изучения грамматики, М., 1961;
  • Грамматика русского языка, 2 изд., т. 1—2, М., 1960;
  • Карцевский С., Об асимметричном дуализме лингвистического знака, в кн.: Звегинцев В. А., История языкознания XIX—XX веков в очерках и извлечениях, ч. 2, [3 изд.], М., 1965;
  • Матезиус В., О системном грамматическом анализе, в сб.: Пражский лингвистический кружок, М., 1967;
  • Исследования по общей теории грамматики, М., 1968;
  • Единицы разных уровней грамматического строя языка и их взаимодействие, М., 1969;
  • Бондарко А. В., Теория морфологических категорий, Л., 1976;
  • Булыгина Т. В., Грамматика, в кн.: Большая Советская энциклопедия, 3 изд., т. 7, М., 1972;
  • её же, Проблемы теории морфологических моделей, М., 1977;
  • Языковая номинация. Виды наименований, М., 1977;
  • Языковая номинация. (Общие вопросы), М., 1977;
  • Адамец П., Образование предложений из пропозиций в современном русском языке, Прага, 1978;
  • Гак В. Г., Теоретическая грамматика французского языка. Морфология, М., 1979;
  • Русская грамматика, т. 1—2, Прага, 1979;
  • Русская грамматика, т. 1—2, М., 1980;
  • Слово в грамматике и словаре, М., 1984;
  • Современные зарубежные грамматические теории. Сборник научно-аналитических обзоров, М., 1985.

tapemark.narod.ru

Это интересно:

  • Штраф несовершеннолетнему за рулем Что будет если несовершеннолетний за рулем Совершеннолетним в России считается гражданин с 18 лет. В этом возрасте он может официально получить право управления транспортным средством. Лишь мопедами и легкими квадроциклами, а также […]
  • Оплата госпошлины за подачу иска в арбитражный суд Как рассчитать госпошлину за подачу иска в арбитражный суд. Юридическая фирма RVS продолжает серию публикаций, посвященную вопросу предъявления иска в суд, защите от предъявленных исков, рассмотрению дел в арбитражных судах. Сегодня […]
  • Фз об осаго комментарий Фз об осаго комментарий Автострахование Жилищные споры Земельные споры Административное право Участие в долевом строительстве Семейные споры Гражданское право, ГК РФ Защита прав потребителей […]
  • Расчеты по единому сельскохозяйственному налогу Единый сельскохозяйственный налог Обновление: 25 мая 2016 г. Сельхозтоваропроизводители в 2016 г. вправе использовать налоговый режим ЕСХН. Для применения налогового режима организации или ИП необходимо быть […]
  • Патент юрист Патент на работу в РФ Если иностранный гражданин въехал на территорию РФ чтобы осуществлять трудовую деятельность, то он обязан оформить патент на работу. Данный документ дает право работать в РФ на законных основаниях. При наличии […]
  • Уменьшить налог по енвд ЕНВД: уменьшение на страховые взносы 2017 Актуально на: 4 августа 2017 г. По общему правилу плательщик ЕНВД может уменьшить сумму исчисленного налога на уплаченные страховые взносы. А на сколько можно уменьшить ЕНВД страховыми […]